Ржев – місце непохованих сотень тисяч солдат. (Автор: Колодій Микола)

опубліковано 30 серп. 2020 р., 05:02 Степан Гринчишин   [ оновлено 30 серп. 2020 р., 05:03 ]

 

"Правду о Ржеве скажут только тогда,

когда умрут все, кто здесь командовал..."

Ветеран боев за Ржев в частной беседе.

 

Шановний читачу, я впевнений, що Ти чув про Сталінградську битву, про Курську битву, але напевно Ти не чув про Ржевську битву. Хоча в цій битві загинуло понад два мільйони солдатів російської армії. Більше ніж в Сталінградській та Курській битвах разом узятих.

 

Ти здивований? Невже таке було в Другій світовій війні? Чому про цю битву Росія не хоче згадувати? (Більшість документів засекречені.) Чому ще й сьогодні кості солдат розкидані по полях і лісах навколо Ржева, а не захороненні? Вони ж, солдати, на це заслуговують, бо чесно захищали свою Батьківщину.

 

2 жовтня 1941 року підрозділи німецької армій «Центр», під керівництвом фельдмаршала фон Бока, разом ще з трьома німецькими арміями (2, 4 і 9) та трьома танковими групами (2, 3 і 4) розпочали вирішальний наступ на Москву, операція «Тайфун». В короткий термін були захоплені Брянськ (6 жовтня) і Вязьма (7 жовтня). Російські війська зазнали значних втрат: було знищено 37 піхотних і 6 кавалерійських дивізій, 9 танкових бригад і 10 дивізій щойно мобілізованих людей віком від 16 до 60 років; загинуло біля 400 тисяч солдат і в полон здалось понад 670 тисяч; втрачено біля 130 танків і 5400 гармат. Від Вязьми до Москви залишалось 210 км. Дорога на Москву була відкрита.

 

Одну з причин таких невдач російської армії пояснює фронтовик Едуард Алимов, у якого перед війною, як ворогів народу, розстріляли батька і вітчима – командирів полків. «Это надо же, за 1937-1938 годы истребить 42 тысячи высших и старших командиров! Немцы за всю войну убили и пленили всего 27 тысяч офицеров такого ранга. У нас полками командовали лейтенанты, дивизиями – капитаны, а армиями – скороспелые генералы».

 

Однак подальший наступ німецьких військ сповільнився в силу сукупності багатьох причин: бездоріжжя, настання холодів, зростаючий опір російських військ та інших умов.

 

З початком грудня різко похолодало. Морози доходили до –400С. Німецька військова машина зупинилась при таких морозах: двигуни танків не заводились; замерзало масло в гарматах і кулеметах; замерзали солдати (вони були не в змозі натискати на спусковий гачок гвинтівки).

 

Наступ російських військ, (понад 80 дивізій), 5-6 грудня 1941 року змусив німецькі війська відступати покидаючи танки і гармати. Але як пише в своїх спогадах піхотний генерал Хорст Гроссман «помилки російського військового керівництва дали можливість німецьким військам закріпитись на Ржевсько-Вяземському виступі.» Там німецьке командування прийняло рішення створити потужну лінію оборони на лінії міст Ржев, Вязьма, Сичовка, Зубцов і Білий. До Москви залишалось біля 170 км.   

 

 

 

Й. Сталін панічно боявся нового наступу німецьких військ на Москву і тому 5 січня 1942 року наказав командуючому Калінінським фронтом: «...В течение 11 и ни в коем случае не позднее 12 января овладеть г. Ржев... Ставка рекомендует для этой цели использовать имеющиеся в этом районе артиллерийские, минометные, авиационные силы и громить вовсю город Ржев, не останавливаясь перед серьезными разрушениями города. Получение подтвердить, исполнение донести".

 

Були кинуті великі маси російських військ на німецьку лінію оборони. Ці маси гинули на полях бою, в лісах і болотах. Так що війна на цьому відтинку фронту серед солдат отримала назву «Ржевская мясорубка» або «Ржевская прорва».

 

Переважно головна лінія німецької оборони мала глибину 5-8 км і складалась з опорних пунктів, поєднаних між собою траншеями та придатних для ведення кругової оборони. Дзоти були перекриті дерев’яними настилами у 3-6 рядів. Перед передніми краями оборони були встановлені суцільні дротяні загорожі в декілька рядів, з протитанковими та протипіхотними мінними полями. Артилерійські підрозділи розташовувались на віддалі 2-5 км від переднього краю. Вогневі позиції були якісно, в інженерному відношенні, обладнані. Було продумане водовідведення з окопів, бліндажі для особового складу, спеціальні сховища для снарядів.  

 

Аналогічно будувалась і друга лінія оборони.

 

Керівником німецьких військ був генерал-полковник Модель. Він майже кожний день їздив на передову. На передовій був більше ніж в штабі армії. Зрозуміло, що всі його підлеглі теж, беручи приклад з свого командуючого, були на передових позиціях а не в тилу.

 

Російськими військами, переважно, командували генерал-полковник І. Конєв (командуючий Калінінським фронтом) і генерал-армії Г.Жуков (Західного фронту). Їх на передовій солдати не бачили. Тому починаючи від командирів батальйонів і замполітів рот аж до вищого командування російських військ всі намагалися бути подалі від передової, від окопів та в атаку не йти. Для цього є «Ванька ротный».

 

В книзі А.Шумилина «Ванька ротный» міститься така розповідь про ротного замполіта, який більше перебував в тилу ніж в своєму підрозділі:

 

«Со мной в землянке жил |политрук роты| Савенков. Он часто уходил в Демидки, Струево и Журы, как он говорил, по делам своей работы. Видя, что рано или поздно ему |всё равно| придётся отправиться к солдатам в подвал, он стал уговаривать комиссара батальона Козлова отправить меня в подвал на постоянное пребывание, |меня, командира роты|. Он, Савенков, останется на льнозаводе и будет руководить рытьём траншеи. Дело это не мудрёное, он с ним справится вполне. А с солдатами в подвале будет постоянно находиться |всё таки офицер| командир роты.

- Послушай, Савенков! – сказал я, когда прошла первая неделя.

- Должна быть справедливость на земле? Теперь твоя очередь отправляться в подвал. Я ходил туда всю первую неделю. Теперь неделю ты походи туда!

- Зря пыжишься, лейтенант! В подвал я вообще не пойду. И ты учти, я не твой заместитель. Я политический представитель в роте. Я тебе не подчинен, я за тобой |надзираю и слежу| должен следить. В подвал отправишься ты и будешь там безвылазно сидеть. На то есть мнение комиссара батальона Козлова.

- Какое ещё мнение?

- Такое! Согласованное с комбатом Ковалёвым. Я вчера был в батальоне, и мне поручили передать тебе. Вот я и передаю тебе его решение.

- Я твоей болтовне, Савенков, не верю. Ты врёшь на каждом шагу! |Один раз соврал. Кто будет тебе после этого верить?|

- Телефонист! – позвал Савенков, – Соедини меня со вторым!

- Алё! Товарищ второй! Докладывает Савенков. Лейтенант не желает выполнять ваше распоряжение.

- Как какое? В подвал идти. Есть! Сейчас передам! На трубку.

 

Я подошёл к телефону, взял трубку, Козлов мне сразу изрёк:

- Никакой самодеятельности! Ты идёшь в подвал! Решение по этому вопросу принято. И без разрешения Ковалёва из подвала не выходишь! Всё ясно?

 

Я промолчал. Савенков сиял, он был доволен. Теперь, после звонка в батальон, всё встало на своё место. Опасность быть убитым на тропе, для Савенкова миновала. Моральная сторона его не волновала. Он плевал на мораль, когда вопрос касался его собственной шкуры |и жизни|. Он страшно боялся потерять свою драгоценную жизнь. Ему было наплевать, что будут думать и говорить о нём солдаты. На войне каждый человек должен уметь постоять за себя. Не умеешь, – сам дурак. Ты командир роты, тебе и пахать!

 

Лейтенанты и солдаты на фронте долго не задерживались. Сегодня они живы, а завтра, глядишь, их уже и в живых нет. [И] свидетелей не останется. |Чёрные дела не пришьёшь его совести. О чём говорить? Когда совести нет!| Никто после войны не скажет, что он, Савенков, спасал свою шкуру. [Сейчас] важно у начальства создать о себе хорошее мнение. Он, Савенков, готов пойти на всё, лишь бы протянуть свою жизнь до конца войны.

 

Лейтенанта отправили в каменный подвал, а он, Савенков, стал сам себе хозяин |в отапливаемой землянке в три наката|. Хочешь спи. Хочешь, так лежи |себе сиди|.

 

Перед уходом в подвал я ему высказал своё мнение по поводу его трусости и самосохранения жизни.

- Послушай, Савенков! Как только рота идёт на сближение с противником, у тебя возникают неотложные дела в политотделе полка. Политрук должен вместе с командиром роты в атаку ходить. А ты каждый раз скрываешься.»

 

«В сорок втором комбаты управляли ротами просто. Выводили их на исходное положение, ставили задачу и уходили в тыл. Потом по телефону, пока он работал, на рассвете подавали команду – давай вперед! Только в конце войны комбатов и их замов стали иногда выгонять на передовую

 

Весь час на передову прибували стрілецькі роти, які були укомплектовані новобранцями. «Военному делу прибывающие красноармейцы не были обучены. Солдатские навыки им приходилось приобретать в ходе боёв.» Солдат, які були в окопах, завжди обстригали наголо.

 

В книзі спогадів А.Шумилина «Ванька ротный» описано про інше поповнення.

 

«Рота человек тридцать обстрелянных солдат ночью незаметно окружала деревню. Вокруг деревни выставлялись посты, так чтобы ни одна живая душа ни дорогой, ни полем не могла уйти из деревни. С рассветом в деревню приезжали уполномоченные по мобилизации. Выбирали избу. По середине избы ставили лавку и два еврея парикмахера усаживали по очереди призывников-новобранцев. Когда его остригали наголо, уполномоченный регистрируя в книгу предупреждал!

- Поймаем где стриженного наголо, – на месте расстрел без суда!

- Все ясно? Сбежишь поймают сразу!

- Слушай и запоминай! Ты зачислен в 421 полк, 119 стрелковой дивизии.

- Запомни эти две цифры!

- А документы?

-Какие документы? Документы тебе не нужны! В роте тебя и так будут знать! Ты будешь числиться в ротном списке. У командира роты на руках документов нет, а ты всего солдат!

- В стрелковой роте хлёбово выдают без предъявления документов!

- Видал! Он ещё винтовку не успел получить, а требует документы! – не унимался уполномоченный.

- Тебе что важнее? Винтовка или документ?

- Следующий! Подходи!

- Я тут.

- Чего ты тут? Фамилию говори!

 

Из каждой деревни набирали до десятка парней и мужиков, брали и хозяев. К вечеру или на следующий день их направляли, для проверки в дивизию. Когда до меня дошла очередь, я получил отсортированную и проверенную партию солдат.»

 

Деякі мобілізовані переходили на німецьку сторону. Піхотний генерал Хорст Гроссман в своїх спогадах пише: «В складі німецьких підрозділів постачання і зв’язківців перебувала значна кількість російських перебіжчиків».

 

Шановний читачу, читаючи спогади про Другу світову війну, Ти зустрічав згадки про перехід німецьких солдат на сторону російської армії?

 

Як говорять солдати «Війна війною а їсти треба». Про забезпечення продуктами харчування окопників в книзі А.Шумилина «Ванька ротный» написано.

 

«Когда в январе сорок второго года мы подошли к городу Белому, столовскими щами нам здесь не пахло. Тогда мы часто, вместо солдатской похлёбки получали немецкие пули, снаряды и бомбы. Даже полбуханки мороженого хлеба не всегда доходили до нас. Тогда, в январе, наши солдаты должны были умирать в окопах голодными. А умирать на голодный желудок, скажу я вам, – дело немыслимое.

 

Нам, конечно, говорили, что с набитым животом ходить в атаку опасно. Ударит пуля в живот и получай заражение крови. Но мы знали другое. Если пуля солдату заденет и по пустым кишкам, то всё равно солдат долго не |протянет| выживет.

 

Ходить на голодный желудок в атаку |и смотреть смерти в глаза| несправедливо. Даже преступнику, приговорённому к смерти, перед казнью разрешалось заказать себе шикарный обед. Откуда у наших солдат брались моральные силы переносить страшный холод, голод и тяготы войны?»

 

Із спогадів учасника боїв за Ржев Михаила Бурлакова: «Долгое время нам вместо хлеба выдавали сухари. Делили их следующим образом – раскладывали их равными кучками. Один из солдат оборачивался и его спрашивали кому, указывая на ту или иную кучку. Немцы это знали и, чтобы поострить утром, бывало, по громкоговорителю кричат нам: «Рус, кончай делить сухари, будем воевать».»

 

Зрозуміло, що велика кількість солдатів стрілецької роти, сидячи в окопах, не хотіла йти в атаку на німецькі окопи. Тому для забезпечення «бойового духу» позаду них розташовувалися заградотряды.

 

В книзі учасника боїв під Ржевом Михина Петра Алексеевича «Артиллеристы, Сталин дал приказ!» міститься така оповідь.

 

«Отдельные бойцы покидали передовую. Помимо заградотряда численностью около 150 человек, в каждом стрелковом полку были созданы специальные группы автоматчиков, получившие задачу не допускать отхода бойцов. При этом возникала ситуация, что заградотряды с пулеметами и автоматами бездействовали, так как бойцы и командиры не оглядывались назад, зато тех же самых пулеметов и автоматов не хватало самим бойцам на передовой.»

 

Піхотний генерал Хорст Гроссман в книзі «Ржев – краеугольный камень восточного фронта» описує тактику ведення війни генерал-полковником І. Конєвим і генерал-армії Г.Жуковим.

 

«Полностью ясно лишь то, что оно происходило в духе сражений Первой мировой войны. Что генералы Конев, Захаров и Лелюшенко туповато гнали своих солдат в массовые лобовые атаки, не смущаясь известной прямолинейностью действий русских танков – глухих и почти слепых, наугад стрелявших, в упор не замечавших немецких орудий и без затей скучивавшихся на открытом месте, вваливавшихся в трясины, в воронки или упиравшихся в стеки эскарпов. Советские дивизионные и полковые командиры без размышлений использовали своих пехотинцев в качестве минных тралов и не утруждали себя тактическими изысками, атакуя по минам густыми толпами, на пулеметы и через проволочные заграждения днем и ночью, утром и вечером, в дождь и жару. Импровизировали лишь немногие расчеты, экипажи, отделения или даже отдельные солдаты и очень немногие офицеры низшего звена. Именно они представляли собой наиболее серьезную опасность на поле боя. Их боевой опыт зачастую некому было перенимать, да и сами они, как правило, вскоре погибали или получали ранения.»

 

«Русская пехота атакует густыми толпами (по 500, 1000 и более человек), но речь не идёт об эшелонах – это дикое месиво. Они орут своё дикое «УРА!», но уничтожаются хорошо организованным миномётным и пулемётным огнём.»

 

Зрозуміло, що при такому командуванні втрати були величезні. Ось спогади учасників боїв під Ржевом.

 

Писатель А. Цветков в фронтовых записках вспоминает, что, когда танковую бригаду, в которой он сражался, перебросили в ближний тыл, он пришел в ужас: вся местность была покрыта трупами солдат: «Кругом зловоние и смрад. Многих тошнит, многих рвет. Так невыносим для организма запах от тлеющих человеческих тел. Жуткая картина, отродясь такой не видывал...»

 

«Мы наступали на Ржев по трупным полям» – исчерпывающе описывает летние бои Петр Михин – «Впереди – «долина смерти». Ни миновать, ни обойти ее нет возможности: по ней проложен телефонный кабель – он перебит, и его во что бы то ни стало надо быстро соединить. Ползешь по трупам, а они навалены в три слоя, распухли, кишат червями, испускают тошнотворный сладковатый запах разложения человеческих тел. Разрыв снаряда загоняет тебя под трупы, почва содрогается, трупы сваливаются на тебя, осыпая червями, в лицо бьет фонтан тлетворной вони…

 

Идут дожди, в окопах воды по колено. …

 

Если ты уцелел, снова смотри в оба, бей, стреляй, маневрируй, топчись на лежащих под водой трупах. А они мягкие, скользкие, наступать на них противно и прискорбно.»

 

Из воспоминаний ветерана Бориса Горбачевского «Ржевская мясорубка»: «Не считаясь с потерями – а были они огромны! – командование 30-й армии продолжало посылать все новые батальоны на бойню, только так и можно назвать то, что я увидел на поле. И командиры, и солдаты все яснее понимали бессмысленность происходящего: взяты или не взяты деревни, за которые они клали головы, это нисколько не помогало решить задачу, взять Ржев. Все чаще солдата охватывало равнодушие, но ему объясняли, что он не прав в своих слишком простых окопных рассуждениях…»

 

Доволі часто причину великих втрат і невдач з боку російських військ під час Ржевської битви пояснюють браком озброєння. Однак це далеко від істини.

 

Наприклад, під час першої Ржевско-Сычевской наступальної операції в 1942 році Герасимова Светлана Александровна – кандидат исторических наук, научный сотрудник Тверского государственного объединенного музея, наводить співвідношення озброєння з російської і німецької сторін:

 

 

30 армия

На участках прорыва

33 армия

31 армия

20 армия

5 армия

По численному составу пехоты», «активным бойцам»

3:1

6:1

6,9:1

7:1

3,5:1

По артиллерии или «орудия всех калибров»

2,1:1

4:1

6,2:1

7:1

1,6:1

По танкам

2:1

22(?):1

7,2:1

«полное превосходство»

 

 

В ходе операции из-за потерь, убытия отдельных частей, подвода противником резервов численный и боевой состав шести названных армий уменьшился и составил на 5 сентября 334 808 человек, 2497 полевых орудий, 412 танков, 561 миномет РС (реактивных систем), но в целом превосходство оставалось. Это отметил начальник оперативного отдела 5-й армии: в пехоте – 2:1, в артиллерии – 2,3:1 в танках – 1,5:1, выразив при этом сожаление по поводу такого соотношения. По его мнению, для прорыва обороны противника этого было достаточно, а для развития прорыва – мало. К 10 сентября численный и боевой состав шести армий еще уменьшился и составил 184 265 чел, 3440 орудий, 306 танков, но соотношение сил, кроме танков (на данном участке фронта, в целом по фронту наблюдалось минимальное превосходство и в танках) продолжало оставаться у советских войск: по людям – 1,9:1, по орудиям – 2,7:1, по танкам – 0,6:1.»

 

Підсумок. Під час Ржевської битви з боку російських військ здійснено шість наступальних операцій і чотири оборонних. В боях було задіяні 5 фронтів, більш 30 армій та корпусів. Втрати були колосальні. Як писав маршал Радянського Союзу Виктор Куликов, який воював під Ржевом, згідно даних Інституту військової історії втрати російських військ на ржевсько-вяземському напрямку складали 2 060 000 солдат.

 

Втрати німецьких військ були суттєво меншими, оскільки їх 9-та армія налічувала 140 тисяч солдатів і вони в березні 1943 роки відступили в повній бойовій готовності на зазделегідь підготовлені позиції.

 

Шановний читачу, кожного року Росія проводить ходу «Бессмертный полк» вшановуючи загиблих у Великой Отечественной войне, а кості сотень тисяч вбитих окопників валяються в «долинах смерті», «рощах смерти».  

 

Так наприклад, в статях Ржевская Е. Ук.соч. C.54; «Тверская жизнь» 5 июня 1998; «Известия» 20 июня 1998; Хорев А.П. Поклонимся их памяти.//ВИЖ. 1989. № 1. С.94, описано.

 

«Страшные факты сообщают смоленские поисковики. Так, однажды они нашли в лесу яму, в которой успокоился целый санитарный обоз – человек пятьдесят. На костях шины, следы ампутаций, ранений. Гитлеровцы напали и всех перебили.»

 

«В дневниках московских поисковиков Борзовых, работавших в районе Гжатска – ужасающие сведения о следах боев: «Через поле, бывало, не пройти, – говорит тетя Феня, – вповалку лежали трупы. Нам обуть-то нечего было, так бабы, которые посмелее, вытряхнут из ботинок кости, да на ноги себе те ботинки»...»

 

А кости с тех полей и не убирали, – продолжает её рассказ мужик лет пятидесяти. – Где бульдозером сгребали, а где прямо так пахали, по костям. Бывало пустишь трактор и смотришь вперед, вдаль, на какую-нибудь березку, чтоб не сбиться и не видеть, что тебе под трактор идет... Знал бы, что вам каски нужны, так полный прицеп привез бы из Кострово, я там пахал сегодня. Там их и искать не надо, в каждой воронке лежат. У нас тут, знаете, тяпки во всех дворах из саперных лопаток сделаны»...

 

«В ельнике то и дело натыкаешься на каски, котелки, коробки от противогазов... Это что-то вроде города мертвых. Ему не видно конца. Хотели взять себе по котелку и кружке, но все дырявое, простреленное. Плотность огня ужасает. Канистры, ящики – всё в решето...».

 

Шановний читачу, надіюсь, що Ти захочеш більш докладно ознайомитись з історією Ржевської битви та пом’янути тих хто загинув в боротьбі проти гітлерівської Німеччини.